Путешествие. Часть 19. От Новоспасского моста до Китай-города и маленькое свидание.

Октябрь, 2011г.

Приключение и любовь. Ах, как я это люблю. Ну пусть не совсем приключение и не совсем любовь, а почти. Вчера я поняла, что не делаю маленьких шажков каждый день можно оказаться совершенно беспомощным перед прыжком. Ну да по порядку.

История эта уже рисковала затеряться в веках. Какой прекрасное начало!

Да, рисковала. Ну пусть не в веках, а всего лишь в прошлой осени, но от этого ей, вероятно, было бы не легче. Случилось это где-то между началом октября, когда день рождения у меня и началом ноября, когда день рождения у него. 

Хоть на это полугодие путешествий было не запланировано, но я хотела позволять себе хотя бы по одному маленькому отрезку в месяц. Ведь осень и зиму я люблю ничуть не меньше, чем весну и лето. А больших трудностей при пересечении центра города как будто бы не предвиделось. Это, наоборот, как раз прекрасный повод лишний раз заглянуть погреться в кафе и выпить чашку чаю. А мы это с Яной ой как любим, хотя, конечно, домашняя пищу гораздо, гораздо полезнее и здоровее. Но чай-то везде одинаковый, а пирожные мы сами всё равно не делаем...

День был пасмурный. Из тех, когда небо не отличается от асфальта, а дождь не идёт, а пребывает. Оделись мы потеплее: колготки натянули, взяли кофты. А я даже  жилетку и берет прихватила, как сейчас помню. Очень они мне пригдились. Значит, и Яна, наверняка с шапкой. Я бы не осмелилась. Как-то так. Да, и перчатки - это первое, что Яна одевает. И новые ботинки. Стерли бедной Янке ноги. Но это потом. Печенье, орешки, вода.

Напомню, что самой дальней точкой нашего путешествия был Новоспасский мост, куда мы прибыли в результате прогулки на катере по Москве-реке. Вот туда-то мы и направились от ст.м. Павелецкая. Предварительно я договорилась о встрече со своим старым приятелем из Университета. Видимся мы не чаще раза в год, но всегда с неизменным обменом самыми горячими эмоциями. Как это получается - каждый раз загадка. Приятно поговорить с искренним человеком. Раньше он работал на Раушской набережной с видом на Кремль, и я думала, что мы туда доберёмся быстро и без проблем, но он переехал на Китай-город в аутентичную, как теперь говорят, старомосковскую подворотню. От Новоспасского моста это почти то же самое, но всё-таки немного дальше.

Снова нам пришлось пересекать с Яной Новоспасский мост, теперь уже по осеннему ветру. И долго-долго идти по тусклой набережной. После монастыря и следующего за ним парка я на пути не помню ничего особо примечательного. (А монастырь, кстати, при случае было бы очень интересно посетить.) Но может, мы с Янкой просто озябли и устали. Шли по набережной, жевали печеньки и смотрели на серые волны реки. Иногда я громоздила Яну себе на плечи и несла: я грелась, Яна отдыхала.

Следующий, достойный внимания эпизод произошёл на переходе от с набережной на Китайгородский проезд, который в дальнейших моих похождениях мне ещё придётся пересечь не однажды. Здесь очень долгий светофор на пешеходном переходе. И рядом ещё будка с милиционером. Дядя милиционер, молоденький такой, несмотря на погоду, точнее - непогоду, стоял на посту, а не сидел в будке: может с нами познакомиться хотел, подумалось мне теперь. Но, скорее всего, у него были какие-то свои сугубо служебные дела. Тем не менее это не помешало нам немного пообщаться. Долго стоять и холодно. Он так сочувственно, очень осторожно начал:

 - Она вся замёрзла, вон нос красный. --Это он про Яну.

 - Ничего, здоровее будет,  -- отвечаю я на автомате уже, ожидая подобного вопроса от каждого. И с любопытством разглядываю представителя власти.

 - У Вас тоже нос совсем красный. Замёрзли, небось.

 - Ничего, здоровее буду.

Улыбка. Зелёный свет.

 - До свидания.

 - До свидания.

Яна уже устала совсем. Я её уговариваю, что вот-вот, скоро уже, скоро, петляя по закоулкам Китайгородской слободы. Нашла.

 - Привет.

 - Привет.

Тепло, пицца, разговоры, фотографии. Яна босиком носится по коридору. Потому что ноги то ли вспотели, то ли промокли - я сушу колготки на батарее. Выпили чаю. По домам пора.  Приятель мой на машине. Предлагает довезти на м. Полянка. Я понимаю, что это будет гораздо дольше, чем до той же Полянки доехать на метро, но соглашаюсь, именно потому что гораздо дольше. Уже около метро вдруг говорит: "Вот на этой остановке меня когда-то поцеловала девушка."

 - Неужели тебя не на всех остановках города целовали девушки? - спрашиваю я.

 - Нет. -- Он как будто удивлён. А я не просто пошутила, я надеялась на долю правды. Мы ещё сидим в машине. Нам не хочется расставаться. Но Яна уже выбирается - она не любит, когда я провожу время "не с папой", да и когда с папой, тоже не любит:) Он смотрит ей вслед: "Гламурь ходячая." Я улыбаюсь, Яна идёт и что-то напевает на всю ночную улицу и не оборачивается.

 - Да, - грустно улыбаюсь я, - она гораздо реже бывает одета неудачно в свои пять, чем я в свои тридцать, вспоминая, сколько времени я сегодня потратила, выбирая наряд и так и не заслужила даже комплимента. Я знаю, что снова выгляжу неудачно. Мне обидно.

- Как ты живёшь? - отваживаюсь я.

- Хорошо. А ты?

- Я тоже, в общем. Страшно только иногда очень.

- Почти всё время, - говорит он.

Вот снова состоялась неожиданное маленькое свидание наших душ. Я вылезаю из машины, наконец. И смотрю долго-долго. Каждый мужчина мечтает обо всех женщинах, кроме одной, вспоминается мне. Мне так хочется узнать, думает ли он обо мне, и что бы я думала о нём, будь он моим мужем. Неужели также обо всех мужчинах, кроме него? Трудно представить, но, вероятно, так оно бы и было. Я ещё раз грустно улыбаюсь. Значит, девушек в городе немного меньше, чем остановок. Или девушек, которые выбирают остановку для первого поцелуя, или...Бр-р-р. Ладно, не моё дело как будто.

- Ну пока.

- Пока.

Я иду догонять дочку. Почти год уже снова прошёл. За окном август, и по утрам - предосенняя морось, совсем не такая, как в разгар лета.

Б. Акунин. Приключения Эраста Фандорина

 На столе лежала книга без нескольких первых страниц.  Я открыла и посмотрела. Герой шёл  тёмным зимним утром по заснеженной равнине, и увидел на церкви над крестом белую голубку. Я отложила книгу: было много работы и мне совершенно не хотелось браться за художественную литературу. Точнее - я не собиралась, но история уже началась. 

В тот же день на пруду я видела непонятно откуда взявшегося белого голубя. Голубку?. 

Про происшествие в книге я уже и думать забыла. На сознательном уровне. И только вечером, перед сном, я вдруг припомнила голубку на пруду, и мне нестерпимо захотелось, чтобы это было не просто так, чтобы это что-то да значило. Белая, чистая -- пусть это будет что-то хорошее. Что-то очень хорошее. Пусть. Я подошла открыть окно на ночь. В окно настойчиво бился белый мотылёк, красивый такой: с тоненьким тельцем и накрест распахнутыми крылышками. Еле отогнала. И через минуту примерно вдруг подумалось:  второе белое существо - для тупых, это если кто-то с первого раза не понял. Пусть и правда это будет знак чего-то очень хорошего. 

Вышла на кухню попить воды. Книга по - прежнему лежала на том же месте. Я спросила - что за книга, и где первые страницы. Страницы мне показали. Это был "Пиковый валет" из серии про Эраста Фандорина Б.Акунина. Я вспомнила отрывки двух фильмов про этого героя, и мне захотелось прочесть. Книжка была совсем маленькая. Не задержит. На шестой странице я вновь наткнулась на белую голубку, а на восьмой была и расшифровка приметы. Большая удача. Правда голубка должна быть то ли на кресте, то ли под крестом. Но у меня был мотылёк с крестообразными крыльями. 

Так и повелось: я уделяла внимание Эрасту Фандорину, а он меня поддерживал. Когда в июле температура днём упала до пятнадцати градусов, и вопрос купаться в пруду или нет встал ребром (много надо было мужества выносить глазеющих на тебя людей в куртках, а я ещё и ребёнка купаю), Эраст Петрович как раз приехал в Москву после Японии и первое, что сделал, это принял ванну со льдом, с головой. Вопрос был снят.

Потом, когда моя сестра уехала путешествовать в Индию, и я в очередной раз корчилась от зависти, Эраст Петрович учил искать меня смысл не в ширине, а в глубине. И показал и рассказал мне много интересного про улицы Москвы. Мы много гуляли. И Хитровку посмотрели, и Малую Никитскую. И Подколокольный, и Подкопаевский с его папертями. Интересно, красиво, чудесно.

Его личная жизнь в книгах описана скромно, но достаточно, чтобы следить за ней с определённой даже жадностью, что ли.

Я даже посмела претендовать на его любовь. Это было непросто. Женщины у него все непростые, самые разные, но неизменно совершенно замечательные. Но он был благосклонен:) Хоть большим чувством и не проникся. Правда пришлось нам ютиться в моём сне. Но и там было хорошо. 

Книг оказалось очень много, и две недели я очень мало спала и почти нечего не успела сделать. Теперь в моей голове, наверняка, все сюжеты перепутались: я  следила за развитием личности и судьбы Эраста Фандорина. Мне импонировала его необычность, пусть чрезмерная, и его красота. Так редко красивого героя делают успешным и выдающимся, а успешного и выдающегося - красивым. Мне было приятно. Ну и, конечно, приключения и любовь. Куда уж без этого. Без этого, похоже, для меня любимых сюжетов не бывает. 

Однажды я, наверно, прочту про его приключения:) Тем более что сюжеты и герои выпуклые, колоритные. А описания проработанные и щедрые на детали, что делает книги просто изумительными. Порой за судьбой противника Эраста Петровича следить чуть ли не интереснее, чем за его собственной судьбой. А порой и интереснее. Но как сказала О-Юми, если "кто-то должен умереть, то всё-таки лучше он, чем ты", т.е. Эраст Петрович, конечно, должен жить. А детали, ах, эти детали, просачивающие из книги в книгу и связывающие все тома между собой одной незримой нитью. И, кстати, с возрастом Фандорин всё больше похож на графа Монте Кристо. Это сознательно, или так случайно получилось? Или мне и вовсе просто примерещилось? Правда отношение к опиуму у них разное. Но и создатели героев жили в разных эпохах. Тем интереснее.

Планы на вечер.

Я очень люблю составлять всякие планы. Их очень много и они стремительно меняются. Удивительно, что всё-такие кое-что оказывается сделанным. Планы на сегодня, планы на неделю, на месяц, на год. Чем меньше промежуток, тем он подробнее. На год можно запланировать лишь четыре мероприятия. Или восемь. Но это максимум. Но они крупные и значительные. Потом они начинают обрастать подробностями. И в месяц уже всего несколько конкретных дел. Но вот беда, как только надо написать планы на сегодня всплывают стирка, завтрак, обед и ужин, уборка, прогулка и куча прочих вещей без которых ну никак не обойтись, так что удивляешься, когда же в течении недели успеть сделать всего несколько запланированных пунктов. И при этом даже кое-что оказывается -таки сделанным. Это поразительно и всё-таки очень даже приятно. Хотя, конечно, не всё. Вот уже три года, как я занимаюсь масштабным планированием, т.е. не меньше, чем на полгода. И хвосты от этих проектов безжизненно тянуться за мной. Можно и оборвать, но... Раздать долги, написать диссертацию, кругосветное путешествие. Как от этого отказаться? А то, например, накроет писать статьи и заметки, совершенно, может быть, и никому не нужные, но всё же, всё же. Поэтому я хочу подвести итог. Небольшой. Просто чтобы двигаться дальше. Эти полгода от 28 марта до 28 сентября начались с опозданием, потому что... Да, снова много, много всплыло непредвиденного. И было запланировано всего четыре дела.
1.Плавать.
2. Быть женщиной, живущей в мире с самой собой.
3. Иметь отличные отношения с ребёнком.
4. Радость от работы.

Так. Что мы имеем?

Пункт первый. Лето. Повезло. Даже нырять себе позволяю. Получаю массу удовольствия. В городе ни в какой бассейн упорно не записываюсь. Да и некогда, другие дела тянут. Но всё-таки можно поставить "+". Опять не абсолютный.

Пункт второй. Быть женщиной, живущей с мире с самой собой. Тут я продвинулась, пожалуй. Так вышло, что и с психологом поработала и много чего интересного сделала, о чём давно мечтала: самолёт попилотировала, летала на дельтаплане. И я продолжаю путешествовать. Ничего не могу с собой поделать. И думаю, думаю и сплю. 30 лет. Это почти старость. Никак не могу смириться с увядающей красотой. Ну никак. Так что и тут я кое-что делала, но успеха не очень-то достигла. На душе сумрачно и странно.

Пункт третий. Что сказать? Теперь, когда меня бесят поступки мужа, я кричу на мужа, а не на ребёнка. Считаю, что прогресс. С большим удовольствием играю и провожу с ней время, но не всё, не всё. По-прежнему скучаю отчаянно в отдельные моменты. Соримся реже, но и реже видимся. Так что единственный настоящим продвижением считаю неперенесение гнева с любого встречного-поперечного на ребёнка, как на самого слабого. Это уже "+". Пусть маленький.

И, наконец, пункт четвёртый. Радость от работы. Я уволилась. Мне страшно, но работу теперь я свою люблю. В чём она заключается? Вот это вопрос-вопросыч. Вот, написала в блог, который читают два человека замечательную и полезную заметку по планированию.

И вот только хотела написать, какая я молодец и сколько зато сделала ещё, как пришлось мне отступить, ведь это можно отнести насчёт "сопротивления", что я не занимаюсь своими собственными планами, а делаю что угодно, лишь бы ничего не делать. И всё-таки я напишу, чтобы не было так постыло. Во-первых, прогулки. Много. И обязательно о них накалякаю. Очень сдержанно и неспешно, но путешествие продолжается. Я отдала ещё один долг, из сложнейших, надо сказать. И перечитала несколько книжек. Кстати, купила маленькую книжечку по арабской письменности, в надежде немного выправить почерк, но она оказалась слишком умной. Пишу вот заметки, статьи и письма и немного смелее рисую.

И, кстати, о приключениях: оказывается, что ощущение приключение у меня появляется не только в минуту, когда я за шиворот тащу себя рисковать жизнью и снова ничего не происходит; но и в момент, когда я позволяю себе беседу с незнакомым, как правило, человеком.

Да, и книги. Я выбираю книги с упражнениями, и, видимо, не ленюсь немного двигаться вперёд к неизвестному. У меня таких книг теперь несколько, которые я даже не успела прочитать. Кратко перечислю. Они сейчас составляют стержень моей деятельности и ответственны за краски моей жизни.

1. "Всемирная история без комплексов и стериотипов" В.Г.Гитина.

Отложена в связи с избытком информации. Внутри столько интереснейших сносок.

2. Джоэл Остин "Твоя лучшая жизнь сегодня". Уже имела свои плоды, но я дошла до места для духа моего, видимо, неподъёмного, так что пришлось отложить ради 

3. Джулии Кэмерон "Путь художника". Эта книга и является сейчас главным моим учителем.

Кроме того, ждут своего часа

4. Елена Макарова со своей трилогией, на второй книге которой я сломалась от ощущения невозможности и опустошённости своих материнских талантов.

5.Тимоти Фэррис "Как работать по 4 часа в неделю и при этом не торчать в офисе "от звонка до звонка" жить где угодно и богатеть". Эта книга научила меня уделять изрядное время для достижения цели, но в каком-то месте я и здесь сломалась.

Дальше по мелочи, которые я время от времени беру в руки, а потом так же точно откладываю на неопределённое время:

6. Всякие милые статейки по улучшению образа жизни.

На улучшение отношений

О мужчинах и женщинах серьёзный философский трактат

А также исторические тексты, гороскопы и психологические статьи по позитивному мышлению и планированию.

Очень, очень много всего.

Начала писать, чтобы разобраться, и окончательно запуталась.

Жизнь мою украшает сейчас Б.Акунин со своими приключениями про Эраста Фандорина. Точнее - добивает:) Как раз сейчас Эраст Петрович пересёк свой пятидесятилетний юбилей делает 2 успеха в год! Но что это - выучить испанский+фехтование, причём, ясно, по самому высокому разряду. Эх. Могут же люди. Делать что-то по самому высокому разряду, когда сами себе планируют.

А я пойду красоту женскую наводить, с чем у меня до сих пор, надо сказать постоянные проблемы. И это в тридцать-то лет. Страшно вспоминать, что по этому поводу говорят французы. Ну да и не будем, пожалеем себя хоть тут.

Не говоря уже о том, что на сегодня ещё много-много планов, которые "мимо планов".

Общество, или "как мы сюда попали?"

Были на празднике у друзей.

Поднялась тема, как же разговаривать с родственниками, а потом и пресловутая "водить ли ребёнка в садик и зачем". После не очень длинной вереницы "зачем" мы добрались до вопроса, а что же такое общество вообще? А его обсудить не успели. Вот, пишу.
Один из главных аргументов "за садик" - это то, что ребёнок потом будет жить в обществе. Мнения разнятся примерно так:  "не садиковскому" ребёнку будет трудно а) потому что в садике прививают какие-то особые умения общаться в любом обществе (первая удачная мысль на будущее - т.е. общество не одно); б) потому что все остальные "садиковские". Сразу скажу, что я не психолог, и, хотя педагогическое образование у меня всё же имеется (по классу физики для 10-11 классов), буду здесь рассуждать просто как досужий мыслитель. Отсюда и отправимся. Сразу замечу, что ребёнок у меня только один, а кроме этого есть ещё только моё мнение. Итак. 

Однажды мы с Яной (год или даже два, не помню, назад) были в замечательном музее "Экспериментариум" на Савёловской. Яна сама захотела посетить его, когда услышала мой неосторожный возглас: "ого, музей в котором всё можно трогать". Понравилось нам там очень: мне фокусы с зеркалами, большая машина, в которой можно посидеть, зеркальное рисование, мосты, торнадо...ах, что я всё о себе. А Яне больше всего - горка в конце осмотра, с которой с гиканьем катались ребята, часто в составе целых классов. Яна очень робко забралась на горку и, по началу, всех пропускала -- она у меня очень вежливая, но потом поняла, что так она никогда не скатиться, потому что "садиковским" школьникам было совершенно всё равно, что стоит тут маленькая девочка и боится скатиться. Её-то никто не думал пропускать. Пришлось Яне брать всё в свои руки. Удивительно точно высчитав время затишья (когда весь класс скопом съехал и поднимается по лесенке), Яна выстро скатывалась и убегала с прохода, чтобы не придавили, потом очень быстро пробегала и катилась снова. Если класс её снова настигал (дети сильно старше и больше и быстрее Яны), она прижималась к стенке, пока они проносились мимо. Так продолжалось какое-то время. Я очень гордилась своей дочерью, сумевшей "урвать своё".

 И тут около горки появился ещё мальчик. С мамой. Когда Яна дико оглядывалась и стремительно катилась с горки, торопясь с неё спрыгнуть, он ... подал ей руку. Так они и катались потом на пару. Прижимаясь к стенке, чтобы не задавили, и неизменно подавая руку девочке на спуске. Потом пришла учитальница и забрала класс. Яна с мальчиком ещё долго катались на горке, пока не накатались, пережив ещё не одно "нашествие". Б) не все дети "садиковские".

Что касается "особых умений". Безусловно, особые умения (среди них - толкаться локтями, отобрать, врезать, если не отдаёт, постоять в углу) садик прививает. Наверняка и ещё какие-то хорошие, наверняка. "Постоять за себя" называются они общим словом. Иногда кто-то научается даже избежать роль жертвы "отдать без разговоров" и агрессора "смотри какой я сильный, всё равно отберу" (в итоге - оба в углах. Ну и что? зато тот отобрал и проявил себя, а этот ... ну и что, что игрушка была его? лицо целым сохранил), и быть "уважающей себя и другого личностью, не жадной, но и не дающей себя в обиду." Мне, например, рассказывали случай, когда девочка говорит "не хочу с тобой больше играть". И знаете что? Он (мальчик, с которым она не хочет играть) раз, и больше к ней не пристаёт! Раз и понял! Чудеса. Но говорят, бывает и такое.

Так что же такое общество, к которому мы так усиленно готовим своих детей? 

О́бщество — 1) обособившаяся от природы, но тесно с ней связанная часть материального мира,состоящая из индивидов, включающая в себя способы взаимодействия и формы объединения людей, способная создавать орудия труда и пользоваться ими в процессе труда; 2) в широком понимании слова, это совокупность всех видов взаимодействия и форм объединения людей, которые сложились исторически; 3) в узком понимании — исторически конкретный тип социальной системы, определённая форма социальных отношений.^[1] 4) группа лиц, объединенная общими морально-этическими нормами (устоями)

Это чтобы далеко не ходить. Из Википедии скопировала.

А вчера во время уборки меня осенило, что общество по - простому состоит из групп, между которыми, в принципе, можно перемещаться. И совершенно понятно, что обладая навыками общения в одной группе, требуются усилия, чтобы освоить навыки другой группы. И общество и группы состоят из индивидов. Значит, мы воспитываем человека, который будет составлять общество, а не просто впишется в него. (Т.е. я воспитываю такого человека, который будет составлять общество, а не просто пытаться "вписаться") Т.е., чем больше больше людей с "правильным" воспитанием, тем лучше общество "в целом". Чем меньше детдомовских детей - тем меньше безразличия и несчастий в самом обществе. То же для меня справедливо в отношении детсада: чем больше пространства (даже в чисто физическом смысле) , чем человек растёт индивидуальнее и лучше осознаёт себя, он больше доверяет миру и меньше боится "мнения воспитательницы" (да-да, многие боятся и родителей, но у садиковских детей родителей тоже никто не отменял, которые, кстати, представляются детям в более искажённом виде, как правило:  всегда уставшие или, наоборот, всегда отдохнувшие). Итак, не детсадовские дети, как группа в обществе, связанная с другими группами особыми:) отношениями, и связанная отношениями внутри своей "недетсадовской" группы, тоже вполне себе может существовать и, мало того, существовала всегда.

(Расскажу по секрету, что в даже в советское время особо уважаемым людям разрешалось не водить детей в сад, а иметь няню.)

 Пусть это будет сначала всего два человека: моя Яна и тот мальчик, который подаёт девочке руку, чтобы помочь ей спуститься с горки, без напоминания мамы. Хотя, к счастью, таких детей сегодня гораздо, гораздо больше - это раз, а второе - я верю, что "несадовские" дети в силу того, что они сталкиваются с гораздо большим разнообразием ситуаций уже в детстве (в том числе и с "садовскими" детьми и коллективами) обучатся общаться с представителями самых разных групп, и просто людей. Чего и садовским детям желаю. Это а).

И не надо говорить: мой ребёнок, хоть и садиковский, но индивидуальность! Конечно! В этом-то всё и дело, что все мы индивидуальности, так зачем  я буду помещать свою индивидуальность (или индивидуальность своего ребёнка) в коробку для унификации для получения какого-то аморфного (иллюзорного на 100%) навыка по общению? У неё (лично у моей, например, индивидуальности) и так много трудностей на своём индивидуальном пути.

И напоследок.

В одной очень умной книжке с большим количеством трудных и требующих словаря слов и формулировок (Г.Г.Филлипова "Психология материнства". Учебное пособие.) про материнство, про опыт переживания материнства, я нашла кое-какой совершенно реальный критерий: ребёнок до семи лет должен научиться общаться со...взрослыми! А потом уже только с детьми. (Может я путаю немного! возраст, но точно не путаю порядок). Ну это для меня - убеждённой домушницы (кто бы мог такое обо мне подумать ещё пять лет назад!:) и да, я знаю, что значит это слово), такая конфетка-утешалочка. Мелочь, как говориться, а приятно.

И, кроме того, рекомендую "Побег из Шоушенка": как книгу, так и фильм. На что способна индивидуальность в сложившемся коллективе, без, так сказать, приспособления к нему (это история совсем о другом, но можно читать и смотреть имея ввиду и этот аспект, тогда и история окрашивается дополнительными возможностями в самой обычной жизни:). Это из популярного, есть и другие не менее интересные истории и свидетельства.

Франсуаза Саган "Немного солнца в холодной воде"

Я заболела. Мне хотелось чего-нибудь незатейливого. Я отложила "Братьев Карамазовых". Я взяла "Немного солнца в холодной воде".

 Мне не понравилось. Ну да, ещё одна история про любовь, про то, во что может превратится жизнь без любви и так далее. Я торопилась дочитать до конца. Можно даже сказать, что я её "проглотила". Чтобы узнать, чем эта тоска кончится Но эта развязка с самоубийством меня доконала. Единственное, что привлекло моё внимание, как и Кундеры — это то, что только входит в нашу российскую жизнь, у них там уже давно — норма. 

Одним словом, я возвращаюсь к "Братьям Карамазовым", которых я, кстати, читаю уже не первый раз. И, как всегда, прошу прощенья у поклонников: вероятно, я чего-то не поняла.

Александр Дюма."Граф Монте-Кристо".

Очень тяжело читать книгу, когда знаешь фабулу. Что сказать? Чудная и необычная история. Пощадили в итоге того, кто меньше всего этого заслуживал.

Но самое интересное для меня в книге не это. Интереснее всего — бродить по закоулкам чужой эпохи и высматривать: о, вот это, как у нас, а вот тут — совсем не так. И опять — наблюдать, учиться, присматриваться. Сколько вложишь, столько получишь. Я получала почти на каждой странице. Моё сердце вновь облекалось надеждой: каким может стать человек, сколько ему подвластно. Надо только ходить нужными путями. Жаль, никто наверняка не знает, где они. 

Ну и ещё одна человеческая судьба: невероятная и загадочная. Реальная, или пусть даже возможная. И ты думаешь: а на что способен ты? Я думаю:) А на что способна я? И, наконец, снова сажусь за свои труды. 

Книги. Кундера "Невыносимая лёгкость бытия" и другие современные авторы, которые вдруг припомнились мне.

Кундера "Невыносимая лёгкость бытия".

Для общего образования, так сказать.  В общем понравилось. Но в моей иерархии уступает место Селину. Слишком много рефлексии. Даже для меня. Если бы я была мужчиной, не исключено, что мне понравилось бы немного больше. А может быть и нет. Особенно привлекли места, касающиеся войны. Как с точки зрения "вид русских сбоку", так и "люди внутри события". 

Сдаётся мне, что я что-то Кундеры уже читала. Рассказы. И они вот как раз понравились мне гораздо больше. Но, может, это был и не он.

Кстати, о современных авторах, с которыми мне пришлось ознакомиться в последнее время.

Особого внимания заслуживает уже упомянутый Селин и его "Путешествие на край ночи". Стиль и сюжет. В общем, всё, что необходимо и достаточно. Восторг.

Далее, Слаповский и его "День денег". Хотелось бы почитать ещё что-нибудь, как и Селина. Пока нет времени. Но ещё Восторг. Не меньше. Лёгкость, юмор, стиль. Красота.

Дина Рубина. Умеренно. "Белая голубка Кордовы". Понравились описания мест и времени. Герой немного слишком вычурен. Но побудило меня писать. Немножко. И на том спасибо. А так же сделать вывод, что любая история, рассказанная хорошо, сильно украшает любую, самую заурядную судьбу (если такая имеется, конечно).

Вообще, в последнее время я просматриваю много современной литературы благодаря своей золовке, которая лингвист и т.д. Фамилий некоторых не помню. Вот, например, Вербер  "Империя ангелов"; и даже несколько подряд Анны Гавальды "Я её любил, я его любила", остальные не помню. Трогательно и мило. Но немного слащаво, по-моему. Зато она солидарна со мной в образе жизни "пишет каждый день по три часа и воспитывает двух детей."  Конечно, двух детей у меня нет, как, впрочем и трёх часов.

А вот ещё понравившееся — это серб Горан Петрович и его сборник рассказов "Ближний", скорее всего. Обязательно ещё доберусь после ....

Так, ну раз я уже упомянула Селина, то значит надо вспомнить и Набокова с "Лолитой". Хорошо. Понравилось. И Фаулза "Волхв". Понравилось, но меньше. И Павича "Хозарский словарь". Прочла оба варианта. Понравилось очень. И, наконец, Довлатова. Читать готова всё подряд. И читаю, пока не отвлекают какие-то другие книги.

А вот летом добралась до с её Вирджинии Эндрюс с её пятитомником "Цветы на чердаке" и четырмя другими. Автор вряд ли кому хоть мало-мальски известный. Роман. История четырёх детей, запертых на чердаке (первая книга), которые потом оттуда выбираются и постепенно взрослеют (все остальные). Просто, долго, скучно местами даже очень и совсем непонятно, как так можно писать. Но дочитала до конца с большим интересом. Местами плакала. Особенно над первой. Будто и мы тут все на чердаке. А вот с особенным удовольствием прочла то ли 2, то ли 3-й том, где предистория всей истории. Как злодеи транслируются в потомках мне понятно, как будто бы. А вот как получается первый злодей, пока не вполне.

Современные авторы бродят повсюду и вот, кстати, подкараулили меня в подъезде.

Морис Дрюон "Сладострастие бытия". Новеллы. В романе понравилось то место, где героиня смотриться на себя в зеркало; а новеллы все хороши.

Мартен Паж "Стрекоза её восьми лет". Про сироту, у который один видный деятель обнаружил талант. И попытался втянуть её в современный мир искусства. Много симпатичного, но надо отнести обратно в подъезд: пусть путешествует дальше. В сущности, в душе осталась только стрекоза её восьми лет, да соседка Зора. Остальное по мелочи.

 Дрюона оставлю себе. Пока.

Ну и последнее — самое современное и самое любопытное — мои дневники. Рекомендую. Не мои, конечно, а ваши собственные.

Путешествие. Часть 18. "м.Нагатинская — м. Тульская. Замыкая маршрут"

4.09.2011г.

Надо было пройти один маленький кусочек, который почему-то образовался между Нагатинской и Тульской. На этот раз с Яной и самокатом. Это была скорее воскресная прогулка. На Нагатинской вышли мы неудачно, но только в каком-то смысле. А в смысле путешествия даже хорошо — именно с той стороны, где я зашла в прошлый раз. И потому можно было не сомневаться, что маршрут мой замкнут. Оказались мы прямо около касс на пригородные поезда, так что даже пришлось немного возвращаться, а потом переходить Варшавское шоссе. И дальше немного вдоль трамвайных путей до ул. Нагатинской. Местами вместо асфальта нам попадалась плитка, так что руки мои уже зудели и чесались от тряски самоката. Зато поворот на Нагатинскаю меня здорово обнадёжил: ровный асфальт и сильный уклон под гору. После 1-го Нагатинского переулка дорога так же круто начинала взбираться вверх, но нам надо было к реке, так что к нам это не относилось, и мы продолжали нестись, а ветер развивал наши волосы.

Самым сложным участком пути оказалси переход через красивый зелёный сквер собственно от дороги к реке. Вблизи не было никакого осмысленного перехода, так что пришлось нам с Яной дорогу переходить в неположенном месте. 

Дальше по правому берегу реки тянулись новостройки. Редкое место, где они выглядят уместно. Красивые новые районы. По левому берегу всё такие же унылые виды, что и вверх по течению. В солнечный день они выглядили уже совсем не так роматично. Если же смотреть вверх по течению, куда нам, собственно и надо было, то открывались красивые виды: купола церквей, блестящих на солнце, причудливые здания — вся роскошь и вликолепие Москвы. Из-за поворотов реки, всего того мрака, что находится непосредственно на набережной, видно не было.

 И мы с Яной понеслись, как две птицы на одном самокате. По пути покормили уток остатками сухого хлеба. Но Яну это уже не вдохновляло: она хотела ехать и ехать, и ехать. И мы ехали, греясь под солнышком, наслаждаясь запахом воды, зелёными газонами и, конечно, нашей скоростью. Довольно скоро оказались мы у Автозаводского моста. На этот раз, как белые люди, поднялись по лесенке и переходили железнодорожные пути по мосту. Пока мы поднимались, наверху сидели трое обедающих по простому рабочих, немедленно посчитавших своим долгом освободить нам проход, хотя места и так хватало. 

Самое примечательное, что мы видели на нашем отрезке пути — это рыбаки. За забором реки в этих местах есть подобие островков, которые выдаются в реку. Вот на них-то и рыбачат. Довольные, улыбающиеся лица. А на календаре — День города. А они рыбачат довольные в этой помойке, Москве-реке судоходной. Воистину, каждому своё.

А мы катимся с Яной на самокате по грохочещему мосту в сторону Тульской. Проезжаем первый вход и катимся к следующему, через который в прошлый раз спускались, чтобы уже не было недоразумений.

Вот и пришёл конец полугодию. А с ним и моему кругосветному путешестию: от подъезда до Новоспасского моста в Москве:)

Путешествие. Часть 17. Прогулка на параходе по Москве-реке и немного пешком.

2.01.2011г.

Снова я иду в "обратном" направлении. Так уж вышло, что сегодня, после экскурсии с дочкой к папе Саше на работу, мы решили прокатиться на пароходе по Москве-реке, по давнишней яниной просьбе. А потом надо было нам попасть в магазин на Тульской.

Вот мы вышли на Новоспасском мосту. Фотографии, которые можно увидеть в Википедии, очень симпатичные. Но все они с одного ракурса, а если посмотреть на мост в сторону области, то сразу же пред глазами всплывают совсем другие картины: заброшенные заводы, разрушенные дома на набережной. В прошлый раз, когда я вышла на этом мосту, то решила, что это какие-то задворки Москвы. Но теперь я вижу, что это почти центр. Новоспасский мост выглядит как резкая граница, за которой кончается жизнь. Или начинается совсем другая.

Мы с Яной переходим мост, где, наконец, Яна одевается. Уже холодно. Я с утра в кофте хожу. Около шести вечера. Небо хмарится. Я пытаюсь угадать, будет ли освещена та сторона реки, где путь чуть покороче. Не дождавшись, переходим. И правильно делаем — солнце появилось гораздо позже, и светило прямо на нас, хотя уже и совсем не грело. Пока мы идём по мосту, меня как всегда, окутывает ощущение свободы и простора. Обычно в виде сильного ветра.

Дербенёвская набережная.
Это какие-то офисы, огромные складские помещения. Остатки блеска центра города.

Павелецкая набережная.
Плакат "Школа-студия Духовой «Тодес»" на облупившемся покосившемся здании без окон. Заброшенные коробли на причалах. И по реке ходят какие-то кораблики не прогулочного толка, а заслуженные труженники.

Даниловская набережная.
Вдруг, как Феникс из пепла, встают дома спального района и улицы наполняются людьми.

И на всём протяжении на левом берегу, постепенно приоткрывая зелёную завесу деревьев обнажает свои бока заброшенный огромный завод. Казалось бы, подобные пейзажи должны на меня навивать тоску. Но ничего подобного не происходит, скорее — наоборот. Мне чудится волшебство и загадка и в дырах стен домов, и в громаде завода, и в изгибах реки, укутанной в бетонные плиты, и в этих ненавязчивых корабликах, снующих туда-сюда, как незаметные старушки. Я представляю себя просыпающейся в одном из домов на этом берегу реки и вглядывающейся в эту сумрачную картину, то омрачающую свет самого Солнца, то укутанную вьюгой, то сливающуюся с серым дождём.

Жизнерадостность Яны поминутно выдёргивает меня на ухоженную и радостную набережную. Бегать, прыгать и кормить уток. Проносящиеся время от времени велосипедисты, мамы с детьми и целующиеся парочки напоминают мне, что город прямо здесь.

— Мама, когда мы дойдём до магазина?

Только эта мысль помогает Яне справиться с усталостью и мамиными чудачествами.

— Смотри, как только появится мост, так нам надо сворачивать.

Мост показался как-то неуверенно и издалека. А пейжаз и перспектива складывались таким образом, что пришлось нам с Яной перелезть через железнодорожное полотно и вдоль трамвайных линий сразу очутиться на Холодильном проезде, где магазин. Потом я надеялась под шумок дотянуть Яну до Нагатинской, но позвонил муж и забрал нас домой.

Я загадала покататься по реке зимой.

Примечание: как раз между этими двумя мостами - Новоспасским и Автозаводским границы Даниловского района.

Путешествие. Часть 16. "Институт и дальше до Нагатинской" или "Москва, рассечённая речками".

30.08.2011г.

Выхожу с работы. Сначала трачу время на поиск почты. Дошла до Профсоюзной — нет и здесь. Разворачиваюсь. До истока Котловки я уже не хочу идти: слишком большой крюк. Тем более, что недалеко от Севастопольского проспекта берёт своё начало другая речка — Коршуниха. Но и идти просто по Нахимовскому до Севастопольского мне уже тоже кажется непривлекательным: слишком долго и сильно вниз по 62 странице. Тогда я выбираю Новочерёмушкинскую улицу. Здесь тихо и симпатично. Примерно на полпути до ул. Кржижановского справа пруд. На карте он в окружении домов, но здесь вполне себе симпатично и зелено. Люди отдыхают после трудового дня, а кто и просто так. К тому же, если пересечь его примерно по диагонали, то я окажусь как раз на Большой Черёмушкинской. А мне туда и надо.

С картой в руке я чувствую себя слегка неловко. Турист в родном городе. Только вот незадача — настоящие туристы по таким местам, я полагаю, не ходят. На углу Большой Черёмушкинской общественный туалет. Я узнаю эту улицу по уширившейся дороге и полоске трамвайных линий. Это место мне знакомо: и с этим местом с недавних пор меня связывает "личное". Вот эта лаборатория "Пастер", что слева по пути моего следования. Напротив — "Институт теоретической и экспериментальной физики им. Алиханова", на котором висит почти незаметная табличка: "Усадьба Черёмушки". Вход простым смертным, как водится, закрыт. И уже за поворотом вдруг вся эта декоративно-парковая композиция кончается и начинается обыкновенный спальный район с высотками. Здесь уже ул. Дмитрия Ульянова, как значится на остановке. И ещё где-то "Музей Героев". А храм и дорога вправо, обещанные мне картой, так и не появились.

Зато снова вынырнул мой страх. Ранний вечер, нет ещё и шести. Вокруг дома, тротуары. Но вот людей почему-то нет. Кроме этих шаркающих шагов сзади. Мне страшно. Но я не оборачиваюсь. Мне страшно, но тоска моя от вечного страха ещё сильнее. И я не поворачиваюсь. Я решаю, что пусть уже будет, что будет. Я устала бояться.(Да и почти центр города, в конце-то концов! Белый день!) Ждать пришлось недолго. Обогнал меня: спортивный костюм, подвыпивший вид. Обогнал, но так и не оторвался. Обогнал, чтобы не пугать? Как приятно ждать от жизни хорошего. Особенно, если оно потом сбывается.

По Ульянова направо до Севастопольского. Он тут, этот Севастопольский, который я так недавно пересекала чуть южнее, здорово уширился и наводнился машинами. Здесь он так горделиво взмывает вверх, что, кажется, если добраться на этот хребет, то перед тобой раскинется вся Москва. Мне, конечно, очень хочется посмотреть. Но тогда у меня не хватит сил на Коршуниху. Долго ищу нужные переходы. Долго перехожу. Небольшая площадь с фонтаном, обрамлённая декоративным заборчиком. А за заборчиком — дикие заросли и овраг. Это и есть долина реки, хотя самой реки и не видно, и не слышно. Иду немного, удивляясь причудам и непокорности природы, настырности и изобретательности человека. Но очень скоро от реки меня начинают оттеснять гаражи-гаражи-гаражи. И вот я уже почти протискиваюсь между ними, вынужденная идти прямо по узкой проезжей части. Впрочем, это не мешает моему сердце восхищённо и горестно вздыхать от вида не слишком высоких домов, утопающих в зелени, ненавязчиво ютящихся по углам магазинчиков. Дом. Хочу такой же дом. В Бутово так голо кругом.

На домах адрес: улица Нагорная. Но, думаю, это не она. Так и оказалось. Улица Нагорная оказалась гораздо просторнее и с тротуарами. Вот и перекрёсток и мост над ним, на котором угадывается колея железной дороги. На карте её, конечно, нет. Я стою на мосту, справа от которого шумит река, и вздымаются невыполотые дебри многолетних деревьев.

Звонит Саша. Пора ехать в сторону дома. Так что я пытаюсь угадать, где тут ближайшее метро: по-моим представлениям — Нагатинская. Потеряв терпение и остатки уверенности, спрашиваю у женщины.

— Тут поднимитесь, а там всё время направо.

Наверху, и правда, оказалась железная дорога. Чудное место. Это что-то вроде "трущоб" из кино, подумалось мне. Мужчины в пиджаках, женщины на каблучках семенят по шпалам. А идти не то, чтобы совсем чуть-чуть. Вдоль, кстати, вполне сносная тропинка по щебёнке. Но ей мало кто пользуется. Детей здесь нет, за взрослыми подглядывать некому: у взрослых здесь какие-то собстенные игры со шпалами. Я не мешаю. Я иду по щебёнке и любуюсь открывающимися техногенными видами: два смыкающихся железнодорожных полотна на высоте птичьего полёта, а подо мной — дома-казармы из красного кирпича, обнесённые колючей проволкой. Косогор такой крутой, что кажется, можно было бы забросить мяч прямо за эту проволоку. А вдалеке возвышается Шаболовская башня: цивилизация, которая, верно, ничего не подозревает вот о таких московских островках.

Станция ЖД и пролетающие туда-сюда электрички. Выхожу в город, будто спускаюсь на землю — а высота над уровнем моря прежняя. Ух ты, и это место я знаю. У меня с ним тоже "личное": Варшавские бани. А я стою на том самом перекрёстке, который мне казался "непонятно что и как это переходить". Иду к метро, довольная своей находкой.