Путешествие. Часть 18. "м.Нагатинская — м. Тульская. Замыкая маршрут"

4.09.2011г.

Надо было пройти один маленький кусочек, который почему-то образовался между Нагатинской и Тульской. На этот раз с Яной и самокатом. Это была скорее воскресная прогулка. На Нагатинской вышли мы неудачно, но только в каком-то смысле. А в смысле путешествия даже хорошо — именно с той стороны, где я зашла в прошлый раз. И потому можно было не сомневаться, что маршрут мой замкнут. Оказались мы прямо около касс на пригородные поезда, так что даже пришлось немного возвращаться, а потом переходить Варшавское шоссе. И дальше немного вдоль трамвайных путей до ул. Нагатинской. Местами вместо асфальта нам попадалась плитка, так что руки мои уже зудели и чесались от тряски самоката. Зато поворот на Нагатинскаю меня здорово обнадёжил: ровный асфальт и сильный уклон под гору. После 1-го Нагатинского переулка дорога так же круто начинала взбираться вверх, но нам надо было к реке, так что к нам это не относилось, и мы продолжали нестись, а ветер развивал наши волосы.

Самым сложным участком пути оказалси переход через красивый зелёный сквер собственно от дороги к реке. Вблизи не было никакого осмысленного перехода, так что пришлось нам с Яной дорогу переходить в неположенном месте. 

Дальше по правому берегу реки тянулись новостройки. Редкое место, где они выглядят уместно. Красивые новые районы. По левому берегу всё такие же унылые виды, что и вверх по течению. В солнечный день они выглядили уже совсем не так роматично. Если же смотреть вверх по течению, куда нам, собственно и надо было, то открывались красивые виды: купола церквей, блестящих на солнце, причудливые здания — вся роскошь и вликолепие Москвы. Из-за поворотов реки, всего того мрака, что находится непосредственно на набережной, видно не было.

 И мы с Яной понеслись, как две птицы на одном самокате. По пути покормили уток остатками сухого хлеба. Но Яну это уже не вдохновляло: она хотела ехать и ехать, и ехать. И мы ехали, греясь под солнышком, наслаждаясь запахом воды, зелёными газонами и, конечно, нашей скоростью. Довольно скоро оказались мы у Автозаводского моста. На этот раз, как белые люди, поднялись по лесенке и переходили железнодорожные пути по мосту. Пока мы поднимались, наверху сидели трое обедающих по простому рабочих, немедленно посчитавших своим долгом освободить нам проход, хотя места и так хватало. 

Самое примечательное, что мы видели на нашем отрезке пути — это рыбаки. За забором реки в этих местах есть подобие островков, которые выдаются в реку. Вот на них-то и рыбачат. Довольные, улыбающиеся лица. А на календаре — День города. А они рыбачат довольные в этой помойке, Москве-реке судоходной. Воистину, каждому своё.

А мы катимся с Яной на самокате по грохочещему мосту в сторону Тульской. Проезжаем первый вход и катимся к следующему, через который в прошлый раз спускались, чтобы уже не было недоразумений.

Вот и пришёл конец полугодию. А с ним и моему кругосветному путешестию: от подъезда до Новоспасского моста в Москве:)

Путешествие. Часть 17. Прогулка на параходе по Москве-реке и немного пешком.

2.01.2011г.

Снова я иду в "обратном" направлении. Так уж вышло, что сегодня, после экскурсии с дочкой к папе Саше на работу, мы решили прокатиться на пароходе по Москве-реке, по давнишней яниной просьбе. А потом надо было нам попасть в магазин на Тульской.

Вот мы вышли на Новоспасском мосту. Фотографии, которые можно увидеть в Википедии, очень симпатичные. Но все они с одного ракурса, а если посмотреть на мост в сторону области, то сразу же пред глазами всплывают совсем другие картины: заброшенные заводы, разрушенные дома на набережной. В прошлый раз, когда я вышла на этом мосту, то решила, что это какие-то задворки Москвы. Но теперь я вижу, что это почти центр. Новоспасский мост выглядит как резкая граница, за которой кончается жизнь. Или начинается совсем другая.

Мы с Яной переходим мост, где, наконец, Яна одевается. Уже холодно. Я с утра в кофте хожу. Около шести вечера. Небо хмарится. Я пытаюсь угадать, будет ли освещена та сторона реки, где путь чуть покороче. Не дождавшись, переходим. И правильно делаем — солнце появилось гораздо позже, и светило прямо на нас, хотя уже и совсем не грело. Пока мы идём по мосту, меня как всегда, окутывает ощущение свободы и простора. Обычно в виде сильного ветра.

Дербенёвская набережная.
Это какие-то офисы, огромные складские помещения. Остатки блеска центра города.

Павелецкая набережная.
Плакат "Школа-студия Духовой «Тодес»" на облупившемся покосившемся здании без окон. Заброшенные коробли на причалах. И по реке ходят какие-то кораблики не прогулочного толка, а заслуженные труженники.

Даниловская набережная.
Вдруг, как Феникс из пепла, встают дома спального района и улицы наполняются людьми.

И на всём протяжении на левом берегу, постепенно приоткрывая зелёную завесу деревьев обнажает свои бока заброшенный огромный завод. Казалось бы, подобные пейзажи должны на меня навивать тоску. Но ничего подобного не происходит, скорее — наоборот. Мне чудится волшебство и загадка и в дырах стен домов, и в громаде завода, и в изгибах реки, укутанной в бетонные плиты, и в этих ненавязчивых корабликах, снующих туда-сюда, как незаметные старушки. Я представляю себя просыпающейся в одном из домов на этом берегу реки и вглядывающейся в эту сумрачную картину, то омрачающую свет самого Солнца, то укутанную вьюгой, то сливающуюся с серым дождём.

Жизнерадостность Яны поминутно выдёргивает меня на ухоженную и радостную набережную. Бегать, прыгать и кормить уток. Проносящиеся время от времени велосипедисты, мамы с детьми и целующиеся парочки напоминают мне, что город прямо здесь.

— Мама, когда мы дойдём до магазина?

Только эта мысль помогает Яне справиться с усталостью и мамиными чудачествами.

— Смотри, как только появится мост, так нам надо сворачивать.

Мост показался как-то неуверенно и издалека. А пейжаз и перспектива складывались таким образом, что пришлось нам с Яной перелезть через железнодорожное полотно и вдоль трамвайных линий сразу очутиться на Холодильном проезде, где магазин. Потом я надеялась под шумок дотянуть Яну до Нагатинской, но позвонил муж и забрал нас домой.

Я загадала покататься по реке зимой.

Примечание: как раз между этими двумя мостами - Новоспасским и Автозаводским границы Даниловского района.

Путешествие. Часть 16. "Институт и дальше до Нагатинской" или "Москва, рассечённая речками".

30.08.2011г.

Выхожу с работы. Сначала трачу время на поиск почты. Дошла до Профсоюзной — нет и здесь. Разворачиваюсь. До истока Котловки я уже не хочу идти: слишком большой крюк. Тем более, что недалеко от Севастопольского проспекта берёт своё начало другая речка — Коршуниха. Но и идти просто по Нахимовскому до Севастопольского мне уже тоже кажется непривлекательным: слишком долго и сильно вниз по 62 странице. Тогда я выбираю Новочерёмушкинскую улицу. Здесь тихо и симпатично. Примерно на полпути до ул. Кржижановского справа пруд. На карте он в окружении домов, но здесь вполне себе симпатично и зелено. Люди отдыхают после трудового дня, а кто и просто так. К тому же, если пересечь его примерно по диагонали, то я окажусь как раз на Большой Черёмушкинской. А мне туда и надо.

С картой в руке я чувствую себя слегка неловко. Турист в родном городе. Только вот незадача — настоящие туристы по таким местам, я полагаю, не ходят. На углу Большой Черёмушкинской общественный туалет. Я узнаю эту улицу по уширившейся дороге и полоске трамвайных линий. Это место мне знакомо: и с этим местом с недавних пор меня связывает "личное". Вот эта лаборатория "Пастер", что слева по пути моего следования. Напротив — "Институт теоретической и экспериментальной физики им. Алиханова", на котором висит почти незаметная табличка: "Усадьба Черёмушки". Вход простым смертным, как водится, закрыт. И уже за поворотом вдруг вся эта декоративно-парковая композиция кончается и начинается обыкновенный спальный район с высотками. Здесь уже ул. Дмитрия Ульянова, как значится на остановке. И ещё где-то "Музей Героев". А храм и дорога вправо, обещанные мне картой, так и не появились.

Зато снова вынырнул мой страх. Ранний вечер, нет ещё и шести. Вокруг дома, тротуары. Но вот людей почему-то нет. Кроме этих шаркающих шагов сзади. Мне страшно. Но я не оборачиваюсь. Мне страшно, но тоска моя от вечного страха ещё сильнее. И я не поворачиваюсь. Я решаю, что пусть уже будет, что будет. Я устала бояться.(Да и почти центр города, в конце-то концов! Белый день!) Ждать пришлось недолго. Обогнал меня: спортивный костюм, подвыпивший вид. Обогнал, но так и не оторвался. Обогнал, чтобы не пугать? Как приятно ждать от жизни хорошего. Особенно, если оно потом сбывается.

По Ульянова направо до Севастопольского. Он тут, этот Севастопольский, который я так недавно пересекала чуть южнее, здорово уширился и наводнился машинами. Здесь он так горделиво взмывает вверх, что, кажется, если добраться на этот хребет, то перед тобой раскинется вся Москва. Мне, конечно, очень хочется посмотреть. Но тогда у меня не хватит сил на Коршуниху. Долго ищу нужные переходы. Долго перехожу. Небольшая площадь с фонтаном, обрамлённая декоративным заборчиком. А за заборчиком — дикие заросли и овраг. Это и есть долина реки, хотя самой реки и не видно, и не слышно. Иду немного, удивляясь причудам и непокорности природы, настырности и изобретательности человека. Но очень скоро от реки меня начинают оттеснять гаражи-гаражи-гаражи. И вот я уже почти протискиваюсь между ними, вынужденная идти прямо по узкой проезжей части. Впрочем, это не мешает моему сердце восхищённо и горестно вздыхать от вида не слишком высоких домов, утопающих в зелени, ненавязчиво ютящихся по углам магазинчиков. Дом. Хочу такой же дом. В Бутово так голо кругом.

На домах адрес: улица Нагорная. Но, думаю, это не она. Так и оказалось. Улица Нагорная оказалась гораздо просторнее и с тротуарами. Вот и перекрёсток и мост над ним, на котором угадывается колея железной дороги. На карте её, конечно, нет. Я стою на мосту, справа от которого шумит река, и вздымаются невыполотые дебри многолетних деревьев.

Звонит Саша. Пора ехать в сторону дома. Так что я пытаюсь угадать, где тут ближайшее метро: по-моим представлениям — Нагатинская. Потеряв терпение и остатки уверенности, спрашиваю у женщины.

— Тут поднимитесь, а там всё время направо.

Наверху, и правда, оказалась железная дорога. Чудное место. Это что-то вроде "трущоб" из кино, подумалось мне. Мужчины в пиджаках, женщины на каблучках семенят по шпалам. А идти не то, чтобы совсем чуть-чуть. Вдоль, кстати, вполне сносная тропинка по щебёнке. Но ей мало кто пользуется. Детей здесь нет, за взрослыми подглядывать некому: у взрослых здесь какие-то собстенные игры со шпалами. Я не мешаю. Я иду по щебёнке и любуюсь открывающимися техногенными видами: два смыкающихся железнодорожных полотна на высоте птичьего полёта, а подо мной — дома-казармы из красного кирпича, обнесённые колючей проволкой. Косогор такой крутой, что кажется, можно было бы забросить мяч прямо за эту проволоку. А вдалеке возвышается Шаболовская башня: цивилизация, которая, верно, ничего не подозревает вот о таких московских островках.

Станция ЖД и пролетающие туда-сюда электрички. Выхожу в город, будто спускаюсь на землю — а высота над уровнем моря прежняя. Ух ты, и это место я знаю. У меня с ним тоже "личное": Варшавские бани. А я стою на том самом перекрёстке, который мне казался "непонятно что и как это переходить". Иду к метро, довольная своей находкой.