Одесса зимняя. Снова впечатление первое. В стиле дежавю.

30.01.2013г.

Всё как во сне - серо-коричневые тона, вечер, снег и слякоть. Грязь...московская.

Мы выходим из бокового выхода, а не как обычно из центрального. Чтобы вспомнить, где я могу обновить свою сим-карту, я тщетно пытаюсь представить вид площади. Провал за провалом - каждая попытка приводит к воспоминанию вокзала в Петербурге. Ещё попытка, ещё раз. Бесполезно. Это в поезде.

На вокзале я всё узнаю. Но это не помогает. Я уверено прохожу по залу в поисках расписания, я знаю, где камера хранения. Всё равно, бесполезно. Невидимые картинки упорно не хотят восстанавливаться.

Боковой выход. Маршрутки. Одесса. Передо мной - ряд ларьков и тупик с трамваями - м.Университет. Я знаю это место, но теперь даже это не помогает - я не понимаю, где я, и что это. Я вижу м.Университет: выход со стороны рынка, к трамваям. Моей голове почти больно. В непривычном смысле. Я просто не могу увидеть, где я. И понять. Если бы я не знала, то...Хорошо, что я "знаю", от этого немного легче.

Мы едем. Маршрутка очень одесская. Я немного успокаиваюсь. Чем примечательны одесские маршрутки? У Жванецкого спросите, он лучше объяснит. Для меня это "Давайте свой рюкзак, я подержу". Это молодая девушка и белой пушистой шубке. Я еле её убедила, что он уже стоит на грязном полу, и её шубка может оказаться безнадёжно испорченной.

И ещё одно.

- Простите, как мне попасть туда-то и туда-то?
- Выйдите на Преображенской площади, пересядьте на 3 трамвай, он вас довезёт до Дерибасовской, там...
- Зачем выговорите, коли не знаете? Эта маршрутка идёт до Дерибасовской, так что никуда пересаживаться не надо. - И это не один, и не два голоса - маршрутка на время как бы загудела.
Смущённый советчик поглубже натягивает свою кепку:
- Я так далеко просто никогда не ездил, вот и не знал. - Маршрутка успокаивается, видимо, довольная таким ясным объяснением.

Я смотрю в окно. Вулица Преображенская. Это, безусловно Одесса. - Украинский язык, аутентичные, как теперь модно говорить, указатели, эксклюзивные автомобили, засыпанные снегом. Я пытаюсь ухватиться взглядом за Одессу. Потому что перед моими глазами - Москва, Тверь, Бавлы. И так вперемешку. Ох! Магазин детской одежды, где мы Яне плавки покупали, Горсад...Я и не заметила, как проскочили Дерибасовскую. Опять Москва, Тверь, Бавлы...В голове - колесо обозрения и коллаж.

- У моста! -  Передают деньги.

А я вижу остановку, ту самую, где мы пересаживались, когда ездили в...Лазоревское, Лазурное? Нет, нет, не то. Но остановку я узнаю. И мост. Этот переход мне почему-то здорово запомнился. А за ним...Заводы, полуразрушенные здания, пробка на мосту. Москва, Тверь, дорога из Бугульмы в Бавлы, точнее - наоборот, казалось бы - какое это имеет значение? Трамвай № 7. Мой спаситель! Это Одесса! А за трамвайными путями - парк, а за парком - море. Я не вижу его, но я знаю, что оно там. Так близко...

- Я еду в такое-то, - очень модное и московское название места. С хохлятским акцентом в трубку сотового телефона. Впрочем, от этого только сильнее ощущение, что ты в Москве. Но я цепко держусь за трамваи № 7, за парк, за невидимое море. Путайте, путайте, но я не кто-нибудь там. Я - ниндзя! Ну, почти...

Лузановка! Ну, конечно.

31.01.2013г.

Путешествие. Часть 20. Прогулка №1. Красная площадь зимой.

Добравшись до центра Москвы, я будто прилипла к нему. Столько тут всего! Сколько лет живу, а всё хожу одними и теми же тропами. Так что всякого рода прогулки, идеи которых возникли внутри этого путешествия, я буду называть "Часть 20. Прогулка №" Или может быть, прогулки, которые не будут попадать уже в генеральное направление, отдельно. Там видно будет, но идея мне нравится.

Были первые дни нового 2012-го года. Падал снег. Так уж вышло, что Яну в этом году миновала встреча с Дедом Морозом, загадочным и непонятным образом. И потому я предложила прогуляться на Красную площадь. По трём причинам: там всё-таки удивительно красиво, особенно зимой; и деды Морозы там наверняка толпами ходят, ёлки, музыка, одним словом - праздник; и, наконец, эта прогулка, если её правильно протянуть, может вполне стать частью путешествия.

И правда, прогулка получилась замечательная. Зимняя красота, деды Морозы в количестве. У нас с Яной состоялся какой-то крайне прелюбопытный разговор на эту тему. Увы, я его не помню в подробностях, потому что он был соткан из каламбуров и фантазий в духе "Алисы в стране чудес" - иначе про дедов Морозов не представляется возможным разговаривать, особенно, когда натыкаешься на них на каждом углу. (Вообще, когда я теряю связь со своим ребёнком, я сажусь и перечитываю "Алису". Очень помогает, спасибо Льюису Кэрреллу.) Кроме того мы попали на подобие русской ярмарки с развлечениями, где было довольно скудно, но очень харизматичные дядьки и тётки в меховых шапках задорно и очень, очень симпатично играли на огромных барабанах. Потом пошли в ГУМ смотреть на ёлки и кататься с огромной горки в обнимку с Янкой и даже с визгом.

  - Мама, деды Морозы без бороды, посмотри. - Шепчет Яна мне по большому секрету.

 - Это наверно молодые, недавно народившиеся:)

Потом мы полюбовались на каток, на который так и не добрались покататься, не помню почему, надо будет восполнить в этом году. Может оттого, что бухала музыка нещадно, хотя хорошая - детские и новогодние песни, а может...вспомнила - надо брать свои коньки, а то очередь там гигантская. И ещё - огромная ёлка на площади, и неизменные куранты завершали совершенную композицию этой прогулки. 

Я люблю бывать зимой во всяких местах, и на Красной площади в частности,  когда пейзаж лишён привычной летней фотографической туристичности. Много лет назад, будучи проездом в Москве в полудождливый-полуснежный декабрь или январь, теперь уже трудно вспомнить, я попала на Красную площадь. Ночью. Тишина, пустота, наша группа, сбившаяся под курантами, и главные часы страны, бьющие полночь. И снег, падающий с неба призрачными хлопьями и тут же тающий под ногами. Каждый раз я вспоминаю это редкое, чудное переживание волшебства в одиночестве (в группе не было ни одного близкого мне человека, так что я чувствовала себя вполне в одинокой). Я была совсем юной - вся жизнь впереди. И теперь бой курантов напоминает мне о том, что вся жизнь впереди. Для кого-то часы отсчитывают конец, для меня - начало. Было здорово. 

И на этот раз было здорово: толпы гуляющих людей, все друг другу улыбаются, снег белый-белый, и я с моими близкими, шучу бегаю и фотографируюсь. Вот тут:) И ещё вот тут:)

Да, чуть не забыла. Вытянула я их к Китай-городу, только по другую сторону Китайгородского бульвара. Но это было достижение. Я вдохнула и улыбнулась сама себе: какая я всё-таки настойчивая:)

Позже, разглядывая карту Москвы, я поняла, что внутри Кремля я была не так давно - это можно пропустить, а вот по острову между каналом и Москвой-рекой, по Бульварному кольцу и по Садовому хочется непременно прогуляться. И потом уже можно будет двигаться по Тверской дальше на север:) Забегая вперёд скажу, что этим летом мне кое-что удалось. И к концу лета, центр моего путешествия сместился с Китай-города в район ст.м. Чеховская, что на Пушкинской площади. А как это происходило, я, конечно, опишу. Это, наверно, будут пока смежные серии "путешествий - прогулок".

Путешествие. Часть 7. "Замкадье"

4.06.2011г.

Для нас "Замкадье" — это та часть, что за МКАДом, т.е. ближе к центру.

Едем на автобусе. Уже долго, уже скучно. Но на этот раз хоть пробок нет. Добрались. Остановка "Зона отдыха Битца".

Мы с Яной в рамках игры по правилам переходим мост через МКАД туда—сюда, чтобы замкнуть маршрут. Яна смотрит сверху на машины:

— Сколько их едет, — говорю я.
— И те, что далеко, видно, — говорит Яна.

Я же смотрю не на машины, а на катамараны, плавающие по озеру, на толстых мужиков в майках и шлёпанцах, на детей с родителями. Лето. Выходной. И наш папа тоже с нами. Возвращаемся. Он как раз настраивает программку, которая будет следить за нашими перемещениями.

Вот что в итоге получилось.

View поход 04.06.2011 in a larger map

Я сразу от остановки, чтобы попасть в лес, прошлась немного по МКАДу.

Муж недоволен: А ты не думала вокруг Москвы поход устроить по МКАДу?

— Я же не виновата, что тут тротуара нет.
— А он и не подразумевается, это же трасса.
— Очень хорошо, а как подразумевается тогда что я в лес попаду? Ещё три часа мне вдоль дороги идти?

И я иду со своей коляской прямо на фуру, которая собирается парковаться. Водитель, наверно, материться. Но и мне жить как-то надо, хоть я и не матерюсь.

А чего я пру против течения? Чтобы не идти вдоль дороги, а как можно быстрее нырнуть в лес. И уже наслаждаться прохладой, пением птиц, шумом листы и запахами, приличными для леса. Маленькая тропка. Саша уже принялся рассказывать страшилки про поселения гастарбайтеров в парке. Я думала, что это я паникёрша. Если так дальше пойдёт, придётся в лес самой ходить.

Хорошо, вскоре мы вышли на асфальтовый проспект, а по нему мама коляску катит.

— Я думал, это ты такая больная, а это все мамаши такие.

Да, мы хуже, чем гастарбайтеры. Нас с колясками ещё и не в таких местах (заселенных маньяками и энцефалитными клещами) можно встретить. Нам новости читать некогда, нам надо гулять и растить здоровых детей.

Ну так вот. Попали мы на экологическую тропу. Погуляли на площадке. Чудная площадка с отполированной, очень гладкой деревянной горкой и качелями на цепях. Пока Яна всё обследовала и пробовала, я обошла площадку, всё пощупала и почитала. И старорусские названия месяцев (на Украине их и теперь так называют), и то, какие представители флоры и фауны встречаются в Битцевском лесу, и традиции наших далёких предков. А вот экспонаты деревьев "клён", "сосна", "берёза" я между собой отличить бы не смогла; и разницы я не поняла, когда они лежат гладко обтёсанные.

От асфальтовой дороги повернули на чудным образом украшенную заборчиками и скамейками просёлочную дорогу и вышли к прудику и роднику. Живая вода. Какая же она вкусная. В черте города. (Это, видимо, там, где на карте небольшая загогулинка вправо от практически прямой дороги на север)

На пути нам повстречались ещё несколько информационных щитов. Мы узнали, кто такие Лешие и как надо вести себя при встречи. Как помочь птицам пережить холодную зиму, как сделать кормушку. Тут же были представлены образцы.

Довольно быстро мы добрались до поляны у выхода к ст.м. "Новоясеневская" (бывшая "Битцевский парк", изверги). По пути половили рыбку "рыбалочкой"; поиграли в день рождение, на который получили в подарок опахало из кленовых листьев, которое очень быстро превратилось с мухобойку, а оттуда в "махалочку". На полянке обнаружилось три вещи: гусеница на мамином (т.е. моём) плече, ещё одна соблазнительная площадка и ...что усадьба "Ясенево" и храм "Петра и Павла", а также домики визит—центра, где я надеялась обнаружить раздельный сбор мусора, остались в стороне. Придётся дополнительные радиальные наметить.

Тут мы перекусили, походили по палке: "Мама, что это такое"?

— Это как по бордюру ходить, только выше. — А ведь раньше такие в каждом дворе были, припомнилось мне.

Порисовали в песке Жар—птицу, а потом засыпали её мокрым песком, чтобы потушить.

Пока Яна копалась в песке, я размышляла на тему: как хорошо, что всё деревянное. Горки не ржавые, можно кататься, и не пластиковые — не греются и не электризуются. Впрочем, вывод оказался прост — дерево тоже быстро приходит в негодность, если за ним не ухаживать. Что угодно быстро приходит в негодность.

А здесь красиво. Ухожено.

Пока мы решали, как же быть в сложившейся ситуации: идти смотреть усадьбу, храм и раздельный сбор мусора, или сразу уже торопиться домой — то здорово поссорились. И потому уже через 40-50 минут были на ст.м. Улица Академика Янгеля. И ещё через 40 минут— дома. Так что можно сказать, что муж победил.

В парке мы видели только одну белочку, далеко между деревьями. Проходящая бабушка поведала нам, что в прошлом году белок было видимо-невидимо, и синицы из рук ели. Ледяная зима не прошла даром.

Путешествие. Часть 5. Планирование и разведка боем. Битцевский парк.

12.05.2011г.

Позвонила мне подружка и предложила погулять с детьми в парке. Я согласилась. Со своей стороны предложила Битцу. Там белочек покормить можно. Предварительно договорились.

Пока выбирали место встречи, пришлось подробно смотреть много карт. И вот что вышло в результате.

Наконец-то я увидела дорожку, где можно из Северного Бутова перебраться в Битцевский лес. То, что я хотела, чтобы не тащиться вдоль Варшавки. И очень обрадовалась. Ещё больше я обрадовалась, когда увидела, какое там многообразие "чего посмотреть". Это кроме того, "кого можно там встретить". Да ещё и всякий мусор они принимают. Обрадовалась я не на шутку. Но, когда мы встретились с подружкой, а она вместо приветствия задала вопрос: "Что ты обычно делаешь, если встречаешь маньяка?" — пылу и радости у меня поубавилось.

"Что я ОБЫЧНО делаю", — дожили.

Я попыталась её успокоить, ведь был день, вокруг люди с собаками, много детей. И она уже не одна с тремя детьми, а со мной, а я с детём:) Я не стала расспрашивать, ведь тогда бы точно прогулка не состоялась. Но распросить всё-таки придётся. И как следствие — мой участок пути через Битцу оказался под угрозой. Друзья, Выручите меня своей компанией! Одна я уже не пойду, это мне ясно. А тащиться вдоль Варшавки, ой, как не хочется.

Что касается приятного. Разведка прошла успешно.

Яна начала удивлять меня ещё в Бутово, т.е. с самого утра, как обычно.

— Мама, как называются эти беленькие цветочки?

А я никаких беленьких цветочков и не вижу. Разглядела уже на Чертановкой. Какая же Янка глазастая. Вчера их не было. А сегодня она вообще в коляске едет.

Дальше — уже в парке.
— Яна, хочешь воды?
— Нет, я хочу на следы солнца смотреть.
Это она про рисунок свето—тени от деревьев.

А вот покормить белочку пришлось помочь.
Орешек лежит на лодошке, лодошка лежит на земле. Белочка готова угоститься. Вот она на растоянии вытянутой лапки, а ручка, раз, и дёрнулась. Белка вздрогнула, но стоит. Подошла ближе. Снова ручка оттодвинулась. Белочка снова вздрогнула, но потом опять — шаг вперёд. Снова. Я уже не выдержала и взяла Яну крепко за кисть, чтобы ручка не убегала от белочки. Белочка ещё раз подошла. Хоп, и орешек уже во рту. Побежала есть—прятать. Яна счастлива:)

Полинины дети не из робких. Но белку не догнать — пришлось сидеть и поджидать. Белка снова подошла. Берёт у Лёвы. И Глеб, тут как тут, тянет ей ещё. Ах, заметалась белка, где мои карманы? Но делать нечего, пришлось бежать сначала один прятать, потом за другим возвращаться.

Больше мы никакие достопримечательности осмотреть не успели.

Как же, ещё пруды, овраги, палки, камни, цветы. Это я, скучающая взрослая. Подавай мне, курганы, зенитные орудия, да захоронения. А дети не понимают: "Куда мы идём?" А главное — зачем. Глаза их округляются, когда мамы зовут идти дальше от белок, от палок, от поваленных брёвен, от уток на берегу пруда, за которыми так интересно наблюдать и охотиться, от собак, наконец! Ох уж эти мамы, а у мам — тараканы:)

Хорошо погуляли. Маньяки не приставали. Снова пойдём, главное — компанию найти. Или правильную концепцию.

Хибины, Кировск, 2011

Вот как это случилось. У Киры выдалась неделя, достойная прогула. Было это в пятницу. Тогда же мы и подумали: не поехать ли нам куда. Мне кажется, что мы никуда особо не хотели, так что как так вышло, что в воскресенье вечером мы сидели в поезде Москва-Мурманск, я не знаю. Но это было так.

Компания нам досталась преочаровательная: мама Наташа с восьмимесечной Юлей, четырнадцатилетний Василий, тихая юная девушка, тем не менее знавшая много историй про медведей и что делать при встрече с ними; и мы: Кира, Яна и я.

Уже с самого начала мне эта поездка показалась подозрительной. Ещё собирая вещи, в отличие от обычного напряжения и покрикивания на всех, кто не нехочет почему-то сделать за меня всё, чувствовала, как что-то закипает, а потом раз - и слилось, только не на Яну, мужа и прочих незадачливых прохожах, а просто неизвестно куда, будто открывается тайный кран и отходы попадают в неведомое, минуя моих многострадальных близких. О жилье мы тоже не позаботились: поезд приезжал туда утром, обратный же шёл - ночью. Вот мы и решили - покатаемся денёк, и назад. Это если что.

И всю эту поездку я открывала себя и Яну, и забытую Киру. Это были приключения духа, а не тела. Тела наши нежились и отдыхали. Но обо всём по порядку.

Поезд.

В поезде Василий не давал нам скучать. Был нежной, но всё же грубоватой нянькой для маленьких девочек. Яну замучали коровы да козы. Пришлось мне заступиться, несмотря на мой извечный страх, что ребёнок вырастет изнеженным и необщительным.

- Василий, отстань от меня. - Это уже Яна с верхней полки.

Я предложила более мирные игры, на том и договорились.

Апатиты.

6:36 утра. Таксисты, которых быть не должно, налетели со всех сторон. Всего 500 руб. аж до Кировска. Мы поехали на автобусе до центра 24р. за всё. Дальше — на маршрутке за 74р. за всё. Белоснежный искрящийся в лучах восходящего солнца Кировск после грязноватых Апатит неторопливо, петляя поворотами выплывал нам навстречу.

Кировск.

Лучше бы мы подождали автобуса, который ходит раз в час. Потому что оказались мы на месте 7:45. Вокруг горы и тишина. Вышли. Холодно и спать хочется. Негде.

Добрый дедушка, встретившийся нам прям на остановке, сообщил, что сейчас понабегут бабушки, и всё устроят. Мы остались стоять, немного отойдя от перекрёстка. Постояли. Пришлось Кире самой отправляться на поиски бабушек. Пробовали звонить по немногим телефонам, висевшим на окнах. Яна замёрзла и попросила её переобуть. Пора было двигаться.

— Пойдём в гостиницу. Даже если там нет мест, там можно отограться и спокойно обо всём распросить. — Время 8:45. Пошли. Обещанные бабушки (и не очень) вдруг действительно откуда-то совершенно неожиданно стали выниривать. Захватили нас и закружили.

Вернули к тому самому дому, от которого мы только что отошли, крайнему к горе. И, после недолгих торгов, за 400 руб. с человека поселились в однокомнатной, весьма уютной, но немного прокуренной квартире. Мы так устали, что решили остаться, надеясь, что выветрится. Но, увы, ничего не выветрилось. Спасла нас только "Леди Годива" — ароматный твёрдый шампунь от Lush. Если бы не это досадное обстоятельство (прокуренный туалет и матрасы на кроватях), то проживанием мы остались более, чем довольны: хорошие постели, уютно, чисто. Нет интернета, зато есть ненужный телевизор. Холодильник, медленная, но своя плита, которая оказалась очень кстати. Один единственный раз мы, стоптав ноги на раскисшем от подогретого солнцем снеге, добрались до кафе и оставили там сумму равную нашим недельным тратам. Хоть бы мы ушли оттуда довольные. Но из той еды, которая там была, нам, постящимся вегетарианцам, оказалось доступна только оленина, которая была без обещенного белого соуса. Да. Хорошо, что у нас была плита, пусть и самая медленная. Хорошо, что мы не успели поселиться в гостинице.

— Напиши, как проходит ваш день (смс от мужа и отца).

Отоспавшись, мы отправились на гору. Узнать, что и как. Собственно, с выбора катательного тарифа и начались наши приключения. Взяв для начала 4 прохода, мы откатались и пошли домой - отдыхать, за продуктами, ужин.


На следующий день мы снова пришли на гору. Подъёмники открывались в 10 утра. Сначала я растроилась, мол, поздно. Но со временем это перестало иметь значение: всё равно раньше, чем к 12 мы прийти не успевали. Первая просыпалась Яна, поднимала меня. Я шла варить завтрак. Завтрак поднимал Киру. Потом шли на гору. Катались по очереди.

Я выбирала Яне прокат. На выбор оказались сани, подушки, снегокат. Яна не отрывала от него глаз. Я знаю, знаю, я давно заметила. "По одной цене, за час", — говорит дядя в прокате. Яна прячет глаза: "Ну, раз по одной цене, то вот это", — тычет пальчиком в сторону снегоката. О ужас, ужас. Я знала. И спустя 10 минут, мы уже мчимся с горы в кусты. Мне страшно, но только не Яне. Яна визжит от восторга. И на другой день тоже.

А потом требует лыжи "как у мамы".


Дядечки в прокате бережно и с восторгом выбирают, одевают, дают советы. "Она у вас из тех принцесс, что на горошине?" Мне почему-то обидно, но приходиться сознаться: "Да, из этих". До сих пор хочется верить, что это комплимент. Она жаловалась на ботинки. И щиколотки оказались стёрты. На другой день брали в прокате ботинки подешевле и получше. Или просто побольше. А ещё на следующий день уже пришлось платить за подъёмник. Один раз: потому что за труд подняться на таком подъёмнике я бы ещё доплату брала. Поднимались пешком, пока не уставали. А потом, взявшись за палки, ехали вниз. На третий день Яна устала, а на четвёртый день взяла лыжи, чтобы "маму порадовать". А вот снег есть она не уставала. Конечно, все говорили, что он грязный. Но мы-то с Яной знаем, что такое — грязный снег. А тут он белый, и каждый день свежий падает, и когда под солнцем тает, не становяться серым почему-то.


Прогуляв положенные три часа, Яна шла с Кирой домой готовить обед, а я ещё часочек каталась. Хорошо, что с горы можно было доехать аж до остановки, почти до дома, Эх, если бы не асфальт. Ладно. Иду домой, как в ресторан - едой уже пахнет. Обедаем. Я укладываю Яну спать, а Кира идёт ещё немного кататься.
Потом — магазин, ужин, спать. Чтобы назавтра подняться только в девять. "Яна, ложись спать, завтра опять..." Договорить фразу никто не осмеливается: всё — таки Яна встаёт раньше всех.


Кафе "Сказка".

Впрочем, наш размеренный быт был нарушен уже на третий день походом в кафе.
Есть в Кировске детское кафе "Сказка". Находится оно в Доме Культуры "Апатит". Вот подъёмники закрылись в 18.00 (а на самом деле немного раньше), мы поужинали, потому что было подозрение, что там еды-то и нет. И неторопливо двинулись в направлении площади Ленина. Заодно город посмореть. Мы не дошли. То ли перегуляли, то ли ещё, что, но пришлось нам вернуться по причине происшествия, которое "с каждым человеком в янином возрасте приключиться может". Пошли на следующий день, разведав более короткий путь от Олимпийской 87, через Парковую, не спускаясь на площадь, мимо бассейна. И всё-таки мы опоздали. Кафе-то закрывается в 19:00. Что ж. На следующий день, в субботу, была запланирована полуднёвка с покупкой сувениров. И снова пошли в кафе. "Зарезервировано под детский праздник."

Дом культуры "Апатит". Конкурс молодых талантов.


Зато попали на конкурс. Было много патриотических и душевных песен, как принято на таких конкурсах. Я прослезилась. Была, кроме прочего, даже песенка про первый отряд, которую исполняла старшая группа 18-25 лет. Вышли в галстуках люди, которым впору бы комсомольские значки носить. Похожие на училок и вожатых. Было странно осознавать, что такие взрослые люди на самом деле не знают, что это такое. И ещё страннее было смотреть на всех этих взрослых дядей и тётей и понимать, что ты старше.

Ну да не будем о грустном. Песня о первом отряде вдруг пробудила в Яне что-то неведомое, и она стала перекалывать на платье брошку повыше, чтобы её было видно над кофтой. Выглядело это чрезвычайно торжественно. Так, что мы с Кирой не могли сдержать улыбки. Да, что там скрывать — мы с трудом удерживались, чтобы не захохотать во весь голос: лезли под кресла, отводили глаза и хихикали. Совсем уж не сдержано.

Хибинские сувениры.

Потом отправились за сувенирами. Набрали. На следующий день мы с Яной пришли ещё. Я решила, что раз я несколько раз была на Кольском, то могу позволить себе больше, чем один сувенир. Не говоря уже о сне, в котором очаровательный молодой человек говорил мне, что зря я не купила колокольчик, слышала бы я, как он звенит. Я вернулась и попросила. Звенит он вправду исключительно. Пришлось купить, как и открывашку с ручкой из оленьего рога, и потешную карту Хибин.

Как мы всё-таки попади в "Сказку".

Потом мы снова отправились в кафе. Нам повезло, тем более, что сегодня ночью нам уже пора было ехать домой. Кафе оказалось симпатичным, уютным, с отсутствующим ассортиментом. Мы взяли два пирожных из трёх, сладкий сок вместо воды, блин с черничным вареньем. И уселись в поезд с вагонами-каретами. Тут же и детская игровая площадка.

Четыре года.

Был день рожденья девочки Вари. Ей исполнилось четыре года. У Яны были свои заботы. А у меня — чудная возможность наблюдать за чужим ребёнком яниного возраста и жалкая попытка определить: человек в четыре года большой или всё-таки ещё немного маленький. Всё-таки ещё немного маленький, вздохнула я с облегчением. Я могла ехать домой. Задача, которая была поставлены в мой первый подъём на гору была выполнена. Я мама хоть и огромного, почти что уже четырёхлетнего ребёнка, но всё таки ещё нуждающегося в присмотре и опеке.

Как покатались.

Было так. Я шла первый раз на подъёмник. И подумала. Вот я одна. Выгляжу молодо, кольца не видно, седых волос тоже. Вот захочет со мной познакомиться, а я ... и тут я понимаю, что ребёнку моему уже давно не два, а почти четыре года. Я мама взрослючего уже человека.

Так со мной никто и не познакомился. Я, конечно, удостоилась пары непринуждённых бесед на подъёмнике: о шлеме, о переменчивости здешней погоды, о склонах.

— Слушай, если ты всё время будешь закантовываться, ты же устанешь.
— Да, но так скользко.
— Просто проедем немного стороной, да и всё.
— То есть ты хочешь сказать, что если я расслаблюсь, то мне за это ничего не будет?
— Именно так.

Расслабленный растаманский говор и без пошлости. Я грелась под холодным ветром одной этой манерой говорить. Я чувствовала себя старой и глупой. Голос рядом со мной был молодой, а сердце умным. Внешности я не видела. Здесь невозможно говорить даже о росте, не то что о цвете глаз и цвете волос - этого нет. Есть только костюм и марка лыж. K2. Причудливые, невиданной раскараски и формы K2.


Это одна из моих жемчужин, которые мы собирали с Кирой в пятницу вечером, совершенно сбитые с толку нашей неспортивностью и видимым прозябанием.

Жемчужины.

Вот тогда мы и решили, мы не будем говорить об упущенном. Мы будем говорить о преобретённом. Мы стали собирать жемчужины. И вот что набрали:

— мы собрались и приехали;
— мы сами поселились;
— мы бюджетно ОТДЫХАЕМ (как оказалось, обошлось карманными деньгами и даже не пришлось лезть в конвертик с деньгами на летний отдых для всей семьи);
— мы немного катаемся;
— Яна катается;
— Яна проводит время с любимой Кирой: спит с ней в одной комнате, готовит с ней обеды;
— мы дышим горным воздухом;

И ещё такие, которые мне пришли под утро:

— у купаюсь в умиротворении. Кировск совместил во мне ощущения от Надыма и Бавлов: маленькая уютная хрущёвка. Детство;
— вот уже неделю я не убираюсь;
— я не слышу новостей. Здесь некому их мне рассказывать. Я отдыхаю.

Осталось рассказать о природе, о погоде, о городе, о горах и об удивлениях.

Природа — сказочная.
Горы обрываются в долину и болота. Это похоже на мираж. Будто бы горы и нет вовсе, а ты просто паришь и сморишь на картинку.

Погода — переменчивая.


— Скажите, ну и какая тут была погода на прошлой неделе?
— Я могу Вам час описывать, какая погода была, когда я прошлый раз на подъёмнике ехала. Сейчас солнце, но что будет, когда Вы в следующий раз поедите, я и предсказать не могу. Но вообще - тепло и ветер, преимущественно.

Город — приветливый.



Горы в смысле катания.

Мы катались только на городском склоне горы Айкуайвенчорр. Там мы поселились и уже далеко не уходили. Нам хватило и того, что тут есть. Я успела спуститься за всё время раз 30 только. На один подъём-спуск уходило от 14 до 30 минут в зависимости от погоды и трассы. А погода здесь переменчивая, и, как следствие, снежный покров — тоже.

По свежевыпавшему снегу всем приятно покататься. Но вот пригрело солнышко. Под ногами — лёд. Поднялся ветер - сдул остатки снега. Приморозило ночью - крупа. В общем, скучно не было. Особенно мне понравилось место, южнее Северного и севернее Южного подъёмников. Там смыкаются горы и получаются три "трубы". Вот уж там весело "гонять". Это, пожалуй, самое верное определение. Как в кино себя чувствуешь, а это такое редкое чувство, что ты — как в кино. А значит — тебе отлично!

Что касается ухода и обслуживания. С этим плохо. Из подъёмников — только три работает. Креселки, говорят, на ладан дышат. Но народ катается. Общий вид — заброшенный. А цены при этом немаленькие: 60 руб./подъем; день — 950 руб. Кира говорит, в Европе дешевле. Конечно, народ недоволен. Но только не мы с Кирой. Для нас любая ситуация — возможность (особенно для Киры. Мне же достаточно лишь поддержать её смелые практичные идеи:). И, когда нам вдохновенно рассказывали, что в будущем году тут собираются как следует всё отстроить и обновить, мы с Кирой только головой качаем: хорошо, что мы в этом году приехали. Успели:)

Удивления следующие:

Воскресенье.
Яна сама выясняет отношения: Василий, отстань от меня.

Понедельник.
Яне скоро четыре года. Я мама взрослого ребёнка. Яна не трогает игрушки, которые стоят за стеклом. Смотрит, но не просит.

Вторник.
Яна бесстрашно катается на самокате.

Среда.
Яна бесстрашно катается на самокате. И на лыжах.



Четверг.
Яна снова ПРОСИТ лыжи. Мы едем на подъёмнике.



Пятница.
Мы СНОВА едем на подъёмнике.

Яна фотографирует. Некоторые фотографии даже очень ничего.


Суббота.
Отличная фотография!



Воскресенье.
Нет, ну сколько этот ребёнок может есть снег?



— Не ешь, он же грязный, - очередная тётка.
— Как грязный? Он же белый!

Понедельник.
— Девочка, почему ты без шапки?
— Я закалённая.
Я больше могу не участвовать в этой бесконечной ахинее!

Дорога домой.

Яна лежит на верхней полке, свесившись, жуёт печеньку и смотрит, что происходит внизу. Слушает разговоры людей. Я вижу себя. Какой я себя уже могу помнить. Она уже ребёнок. По контрасту с "младенцем". Ох.

Послесловие.

Какие же приключения духа, которые я упомянула?
Я мама четырёхлетнего ребёнка.
Если система контроля плохая, а цены неоправдано высокие — это удача или искушение?
Чужие люди в чужой кварире: где риски квартиросдатчика переходит в ответственность квартиросъёмщиков?
Остальное и вовсе секрет.

А ещё немного фотографий с этого события можно посмотреть здесь

Яна сидит над тарелкой с макаронами:
- Ни вилки, ни ложки не дали. Ешь, Яна, пальцами.

Путешествие. Часть 2. "ст.м. улица Скобелевская - ст.м. Бульвар Дмитрия Донского"

26 марта. 2011 год. Пятница

Ну что ж. Сапоги заклеены. Луж нет. Одеваемся на этот раз потеплее. Но всё же Яна в резиновых сапогах. А так - штаны, плащ, шапка. Я в туристических ботинках, штанах. Но пальто оставила. Напрасно. Погода нас не балует. Ветер. Время от времени принимается сыпать снег. Заходим в "Пенсионный фонд". Меня отправляют в другое отделение, в дальнюю часть Южного Бутова, противоположную от нашего направления. Предлагаю Яне в связи с погодой отправиться по делам, а в поход - как потеплеет. Нет. Что ж - на остановку.

- Как я люблю, когда идёт снег. Такое всё красивое становиться.

Это не я. Это Яна. Хотя я тоже люблю. Дождались автобуса незнакомого. Доехали до ст.м. "Скобелевская" немного с другой стороны. Вышли. Идём. Вот они - дома с коронами.

- Мы мимо них не пойдём?
- Мы и так идём. Только у этого самого дома короны не видно. Она же на крыше. Я мы прямо под ним.
- А, ладно, - недоверчиво принимает мой ответ. Он, действительно, неубедительный. Но я уже устала от наукообразности, потому не хочу вдаваться в подробности, а хороший ответ что-то не хочет подварачиваться.

Прошли ещё несколько метров.

- Хочу домой.

Вот те на. Теперь я не хочу. Но иду на компромисс, как мне кажется.

- Вот там метро уходит под землю, хочешь посмотреть?

Я то знаю, что там ещё дорога. И там можно на другом автобусе уехать домой. Но это хоть чуть-чуть вперёд.

- Да, хочу.

Идём. Перед нами - огромная лужа. В ней возятся двое мальчишек, вытаскивают льдины. Все вымокли. Пока один мерил глубину - она оказалась до середины велосипедного колеса, другой умудряется залезть в лужу ногами.

- Ай, мне, кажется, вода попала.
- Да ты вытряхни, советует другой. (Будто это снег.)

Я не люблю лезть к детям, пока они не плачут. Обычно, это всё портит. Наблюдаем.
Мальчишка снимает ботинок, вода течёт ручьём, носок насквозь мокрый. Смотрят оба с огорчением. - игра окончена. Звонок телефона. Видимо, мама в окно увидела. Или почувтсвовала. Мы переправляемся тихонько через эту обширную лужу. Идём дальше. смотрим, как ездят поезда. Пора бы повернуть, но меня уже тянет. Проходим через деревню, через перекрёсток Новобутовской и Ново что-то. Дома вокруг все держатся на честном слове, на этих новых улицах.

"Пьяная" дорога. Ух ты, нам уступают дорогу.
Сразу за шлагбаумом огромное дерево, по которому всегда бегают белки. Когда тепло. Теперь нет никого. Скрип деревьев только и огромная чёрная мёртвая птица. Головы не видно, крови тоже. Тут уж погода испортилась окончательно. Но я знаю этот лесопарк. "Туда" уже ближе, чем "обратно". Даю ребёнку булку. На этот раз я запаслась. Идём. Снег и лёд. Да, резиновые сапоги явно неуместны.
Деревья вокруг скрепят, пейзажи, как после нашествия Чингиз-хана. Переломанные деревья, ветки, всё разбросано. На одном дереве повисли отломанные от соседней ели ветки, словно руки, печально и беспомощно опущенные. И разговоры наши о мёртвой птице.

- Смотри, - говорю, показывая на это дерево с ветками - руками.
- Укроп.
- Почему укроп?
- Так, укроп.
- Да, нет же, ель это. Смотри, какие огромные ветки.

Идём дальше. Яна жуёт вдумчиво булку.

- И всё-таки это был укроп.
- А может птичку убили?
- Может.
- А кто?

Порывами налетает ветер. Сильный. Я продрогла. Смотрю на Яну, но ничего не спрашиваю. Пока сама не начнёт жаловаться, лучше не спрашивать. Не знаю, что буду делать, если начнёт. Жуёт пока. У меня ещё яблоко есть.

Посреди парка площадка. Качелей - аж три штуки. Жаль, горки ржавые. Откуда и прыть взялась! Выбрала. Забралась.

- Качай.

Под качелями - лужа! Шлёп!

- Пойдём, милая. Надо ещё идти.

Шлёп, шлёп.

- Мама, а почему старушка с палками?

Подхожу.

- Почему Вы с палками? Здравствуйте.
- Подойдите ближе. Я плохо слышу. Я турист. Чтобы не падать. Вот Вы видите, никто, кроме меня не ходит?
- Почему же? Вот мамы с колясками.
- Да нет, я стариков имею в виду. Вы знаете, что такое скандинавская ходьба? Нет? Не слышали? Ещё услышите.

Критически рассматривает нашу обувь.

- Я турист, я без ходьбы не могу. Вот она в сапожках. Ей скользко, неудобно.
- Зато весело, говорю. Кататься можно. Но на самом деле, я думала у вас тут разливы рек, а тут снег и лёд. Не повезло нам.

Я, конечно, про эти палки и сама догадалась. Только мне было лень рассказывать. Я подумала, что бабушке это будет интересней, рассказать нам. А я отдохну. Так оно и вышло.

- Ну, до свидания. Хорошей прогулки.

Уже видны дома на ул. Грина. Яна поднимает шишку.

- Или и тут всё описано?
- Скорее всего. Но хочешь, возьми.

Кладёт в карман. На память.

Вот и Северное Бутово. Солнце.

- Ну что, домой, или за сыром на рынок?
- На рынок.
- Побежали.
- Пятки болят.
- Давай понесу немного. Заодно согреюсь.

Идём болтаем. Только ветер не унимается. За перекрёстком "Зоогалерея".

- Хочешь животных посмотреть? Только они в клетках.
- Да!

Заходим, чтобы отогреться. Сколько тут рыбок. И больших и совсем маленьких. И попугайчики "которых Костя покупает", и "ой, какой большой попугай", и даже чёрный кролик. Я поглядываю на Яну, пою её водой.

Добрались до рынка.

- Замёрзла ты?
- Да. - Начинает дрожать.

Покупаем ещё кое-что, идём к метро.

- Мама, что это за надпись?

На стене рынка, неоновыми лампочками бегает "Servise".

- Я хочу тут всегда стоять и смотреть на неё.
- Ты же замёрзла.

Смущается. Я улыбаюсь.

- Как же меня поддерживает твой оптимизм. Поехали домой. Следущая часть нашего путешествия начнётся с этого самого места. Будешь смотреть, сколько тебе влезет.

Шли домой, солнышко нас ласково пригревало, хоть ветер и не утих. Во дворе играют в футбол мальчишки. Заходим в квартиру. Хлопанье окон и мамин оклик:

- Вы дома?
- Да, а что?
- Смотрите, что твориться.

Разуваемся, бежим. На улице - ураганная картина. По тропинке идут юноша и девушка, одетые в ожидании весны. Она пытается прикрыть ему уши варежками.

- У мальчишек мяч унесло.

Обедаем и идём спать.

- Мама, а может это мяч полетел и сбил птицу?
- Вряд ли.
- Почему?
- Потому что сначала мы видели мёртвую птицу, а потом, когда мы уже были дома, унесло мяч.
- Ну и что?
- Причинно - следственные связи... - бормочу я беспомощно. - Я не знаю, Яна.
- Наверно, так и было. - Засыпает.

Яна заболела.

"Кука маркука балям барабука"

Яна говорит какие-то совсем незнакомые слова на незнакомом мне наречье. Я переспрашиваю, она утвердительно качает головой. Тогда я прошу объяснить. Она объясняет такими же точно непонятными мне словами и смотрит на меня выразительно.

Яна говорит:

— <Вставить любое: укрой меня, одень меня, не укрывай меня, не одевай меня, хочу есть, не хочу есть и т.д.>, я болею.

Ребёнок уже очень хорошо уяснил, что больному человеку можно всё.

Яна говорит:

Какое это что-то?

Более точного и любопытсвующего вопроса трудно придумать