Прогулки №3. Москва. Завод "Красного Октября" на Острове. Хитровка, Подколокольный и другие улицы, по которым Сенька улепётывал от Масы и Эраста Фандорина.

Кто - нибудь знает, как называется остров, на котором стоит старое здание шоколадной фабрики "Красный Октябрь"?

Очередное творческое свидание. И я опять одна. Вышла на Полянку, в надежду окунуться в загадку антикварного магазина. Давно мечтала, но робела. Вот, собралась с духом. Да только его закрыли, а на его месте теперь "Мебель". Ладно, думаю - обойду остров тогда, давно мечтала. Вышла на мост, где раньше так сладко пахло шоколадом. Ничего. Спустилась. Прошло немного, и тут началось: клубы, кафе, фестивали, инсталляции, выставки, первый в Москве бар-кафе, в котором не курят.

 Я совершенно неожиданно для себя оказалась в самом центре гламура и креатива:) Побродила, посмотрела на цены, ужаснулась. Но решила всё же посетить одну выставку. Да только не дошла, потому что на лестнице столкнулась с товарищем Макаревичем. Я так опешила, что не поверила своим глазам, но тут у него как раз зазвонил телефон, и уж спутать голос я никак не могла. И всё таки, до сих пор не придя в себя, пришлось мне немного последить за ним - не верилось, что это он и есть. Бегая и прячась по закуточкам, я всё же оценила способность разных людей делать из подручного материала что-то совершенно особенное. Тут лейки повесили, там цветы поставили, и всё это абсолютно гармонично с торчащими проводами и трубами. Восхитилась. 

Убедившись, что Макаревич - это Макаревич, я попыталась вернуться на выставку, но вместо этого зачем-то оказалась у заброшенного лифта на самом верхнем этаже и долго на него глядела, пытаясь понять - его заколотили, чтобы никто не свалился, или тоже инсталляция. Выставку и обед в этом чудном месте отложила на попытку уговорить семью, а сама позвонила мужу и спросила, далеко ли до Хитровки. Оказалась, что она тут близко (ну относительно), в районе Китай-города. Я улыбнулась. Город, будто новый возлюбленный, раскрывался передо мной со своих самых чудесных сторон и будто боялся, что я заскучаю. 

В то время я была увлечена Эрастом Фандориным и Москвой, так здорово описанной Борисом Акуниным. Времени было мало, и я неслась со всех ног. На дворе стоял конец июля. Солнце палило нещадно. И даже в семь вечера пекло голову и застилало глаза.

По набережной до Большого Каменного Моста, Через Александровский сад (не удержалась и залезла на Грот, который тоже фигурирует в самом первом романе про Фандорина), мимо Исторического музея на Площадь Революции. А оттуда уже - проулками и закоулками, в надежде найти некий подъезд ( но его видно снесли и заменили нормальным проходом), на Никольскую, по Богоявленскому переулку, мимо Гостиного двора, в окнах которого, выходящего прямо на тротуар сидят и строчат на машинках работники ателье, старейшего в Москве, названия не помню. Ну а тут уже и Варварка. С её многочисленными запертыми чудесными маленькими храмами. Я спустилась к Палатам в Зарядье, да только противоположная калитка была уже заперта. Хорошо охранник показал мне какой-то отгороженный проход, по которому я вышла уже к Китай-городу.

"Храм такого-то на Куличах" - только и осталось у меня в голове от всего этого многообразия и изобилия.

По Подколокольному лечу на Хитровку. Не дойдя немного - останавливаюсь, как вкопанная. Проулок без названия, а на нём перекошенные и пошарпанные домишки. Я сбавляю шаг. Весь переулок - метров 250-300 от силы, резко в гору от Подколокольного. И на стене дома висит табличка "Хитровский переулок. Здесь в 19 веке было место воровских притонов и ночлежек." Вот так. Оглядываюсь - где же здесь помещались все эти люди, которые тут ещё как-то от кого-то бегать умудрялись? Кажется, будто поставишь их всех в рядок, они всю улицу и займут. Да, неудивительно, что тут было "много уровней" существования. От совсем "кротового" до почти светского. 

Бреду потихоньку обратно. Ужинаю в очень приличном кафе "Пронто" с мужем. Чудесный летний день, да ещё два свидания. Ему тоже интересно. И на этот раз мы идём вместе на Хитровский переулок, где снимают какое-то кино, и дальше по Малому Трёхсвятительскому до бульвара. И чем дальше мы идём, тем яснее я понимаю, что выхожу из того самого колодца, в который мечтала попасть со стороны бульвара - выжженные жёлтые стены "Града обречённого".